Author: Библиотека Romantic Fantasy
Last saved by: Ната
Company: ORG

Синнамон Берк
Восторг блаженства

Глава 1

Корпорация Аладо, Космическая станция 3 
Штаб Командования флотом, весна, 2257 год 
Лейтенант Амара Грир открыла дверь в кабинет секретаря дипломатического корпуса Аладо и, грациозно пройдя по сверкающему черному полу, остановилась у стола из эбенового дерева. Она обольстительно улыбнулась начальнику и щегольски отсалютовала ему. Высокий блондин явно ждал более теплого приветствия. Он подошел к стройной женщине и обнял ее. Амара Грир была его личным пилотом.
– Я по тебе соскучился, – прошептал он.
– Похоже, перемирие не нарушено, – отозвалась Амара. – Я уже давно не видела тебя таким спокойным.
Он отступил назад, не отрывая рук от тонкой талии Амары. На обоих были сверкающие золотые мундиры дипломатического корпуса, но летный костюм Амары тесно облегал ее, на нем же куртка и брюки сидели свободнее. Хотя ростом и цветом волос они походили друг на друга, их нельзя было бы принять за брата и сестру.
– Не нарушено, – заверил он ее, – но только потому, что мне удалось уговорить Тайнана Торна, одного из самых глубоких мыслителей галактики, вести мирные переговоры. Если договор о мире будет подписан, честь этой инициативы будет принадлежать мне.
– Так и должно быть. – Амара запустила пальцы в его золотистые кудри. – Мне сказали, что для меня есть важное задание. Это что – предлог повидаться со мной?
– Нет, конечно. – Он снова притянул Амару к себе и долго не отпускал ее. Потом присел на свой стол, скрестил руки на груди и посмотрел на нее с озорной улыбкой. – Я поручаю тебе привезти Тайнана Торна. Хранители занимаются только историей, и у них нет собственных кораблей, так что тебе следует благополучно доставить Тайнана на переговоры.
Пораженная такой невероятной просьбой, Амара уставилась на секретаря. Она не сразу нашла слова, чтобы выразить свое недоумение.
– Я считала, что он уже летит! Неужели ты полагаешь, что я успею слетать на Землю и вернуться, не опоздав к началу переговоров? Это просто невозможно!
– На дипломатическом шаттле – невозможно, но я приготовил для тебя Звездный крейсер. Если ты отправишься немедленно, то успеешь доставить Тайнана Торна на базу Конфедерации по крайней мере за пятнадцать минут до начала церемонии открытия.
В глазах его сверкала такая явная насмешка, что Амара встревожилась.
– Ты дразнишь меня? Хранители – едва ли не единственное сообщество, куда принимают только мужчин. Как на это отреагирует Торн? Необходимость лететь с женщиной может глубоко оскорбить его. А что если со мной отправится помощник‑мужчина?
Ее возражения нимало не повлияли на секретаря. Этот блестящий дипломат лишь небрежно пожал плечами.
– Я выбираю пилота независимо от предрассудков Хранителей. Твоя квалификация не вызывает сомнений, а для меня это главное. – Он встал и вытащил из верхнего ящика стола большой конверт. – На таком простом маршруте второй пилот не нужен. Здесь вся документация для полета. Корабль стоит на одиннадцатом причале. В библиотеке корабля есть книги Торна. Познакомься с ними. Ты должна представлять себе его взгляды, чтобы лучше понимать его, когда вы встретитесь. Нет нужды напоминать тебе, насколько важна твоя миссия. Без Торна четыре другие корпорации откажутся участвовать в переговорах. Тогда придется распроститься с надеждой на мирное освоение космоса, и ответственность за это падет на твои прелестные веснушчатые плечики.
Он помолчал, дав ей время осознать серьезность этих слов, потом сухо добавил:
– Твои вещи уже на борту нового корабля. Знаю, что ты не любишь долгих прощаний. Не смею тебя задерживать. Можешь идти.
Амара была личным пилотом секретаря уже три месяца, и почти столько же времени длилась их любовная связь. Поэтому она привыкла к быстрой смене его настроений. Он был на редкость опытным любовником, притом проявлял в постели ту же изобретательность, что и в решении прочих проблем. Однако сейчас Амару задело то, что он напомнил о разнице в их статусе. Поручив сложное, почти невыполнимое задание, он даже не пожелал ей удачи. А ведь при их отношениях можно было бы ожидать и более теплого прощания. Ну что ж, он переходит в разряд бывших возлюбленных, решила Амара.
Чувствуя себя преданной, Амара смотрела, как он поворачивает золотистую фигурку дракона, стоявшую на его столе, так, чтобы хрустальный шар, зажатый в лапах чудовища, поймал луч света, а потом отбросил сноп лучей на золотистые стены комнаты. Подняв глаза, секретарь словно удивился, что Амара все еще здесь – и она не сдержала негодования.
– Я совершила серьезную ошибку, сблизившись с тобой – и хочу исправить ее, – сказала она таким же холодным тоном, каким он только что говорил с ней. – После конференции я попрошу о переводе, и надеюсь получить безупречные рекомендации.
Секретарь так обезоруживающе улыбнулся, будто его позабавила эта дерзость.
– Может это и заманчиво, но сейчас у нас нет времени ссориться. Но независимо от наших отношений знай: если Тайнана Торна не будет на церемонии открытия, ты не получишь никаких рекомендаций, ни хороших, ни дурных.
Разгневанная Амара, даже не отдав ему чести, стремительно вышла из черно‑золотистого кабинета. Она очень серьезно относилась к своей карьере, а потому редко сближалась с мужчинами так, как с секретарем. Но сейчас он совершенно недвусмысленно показал, что для него важнее всего успех переговоров. Любовь к ней секретаря, видимо, была не глубже, чем слой лака на полу его кабинета. Когда‑то он называл ее чаровницей, но теперь Амаре казалось, что секретарь просто манипулировал ею. А этого она не выносила.
Ее покорила его улыбка и еще невероятная нежность его рук.
Раздраженная своей слабостью и фальшивой улыбкой бывшего возлюбленного, Амара постаралась отбросить неприятные мысли и поспешно направилась к скоростному шаттлу, который связывал внутренние помещения базы Командования флотом с причалами, расположенными на внешнем кольце станции. Вращение этого громадного колеса было рассчитано с учетом силы земного притяжения. Добравшись до одиннадцатого причала, Амара увидела готовый к отлету новейший Звездный крейсер, своими размерами превышавший вдвое обычный корабль дипломатического корпуса. На боках его был изображен символ Аладо – стилизованные крылья, прорезанные молнией.
Амару поразил не только размер ее нового корабля, но и то, что он оказался вооружен лазерными пушками.
Вскрыв конверт с заданием, она прочитала связанные с этим совершенно определенные указания. Ей следовало любыми средствами защищать Тайнана Торна. Амаре не просто разрешали, но даже предписывали стрелять по любому кораблю при первом намеке на агрессию. Да, ей предстоял явно не простой полет!
Встревоженная Амара рассеянно махнула рукой механикам и поспешно вошла в корабль. Усевшись в рубке, она перечитала приказ. Да, все обстояло именно так: ей поручали защищать Тайнана Торна даже ценой собственной жизни. Никто и ничто не может помешать ему попасть на мирные переговоры. Амара надеялась, что к столь решительным мерам прибегнуть не придется. Бои между корпорациями шли только в неосвоенных областях галактики – около Земли никаких сражений не велось. Тем не менее было приятно иметь хорошо вооруженный корабль. Понимая, как мало у нее времени, Амара начала предполетную подготовку.
Она по‑прежнему считала, что ее не следовало посылать за мужчиной, который вел почти монашескую жизнь. Однако теперь, получив в свое распоряжение Звездный крейсер, Амара уже не так тяготилась своим заданием. Сосредоточившись на отлете, она лишь потом поняла истинные намерения секретаря. Только он один из известных ей дипломатов любил создавать сложные ситуации, чтобы показать, как блестяще преодолевает любые трудности.
Именно поэтому он и отправил ее за Тайнаном Торном, но, разгадав намерения секретаря, Амара выполнит его задание идеально. У философа не будет ни малейших причин жаловаться на нее. Более того, она доставит Торна не к началу переговоров, но даже на день раньше! Поставив себе такую цель, Амара провела необходимые расчеты с помощью бортового компьютера, задала двигателям нужную скорость и решила насладиться быстрым и благополучным перелетом. У нее хватит времени ознакомиться с работами Торна, но для начала она вздремнет.
Амара, единственный ребенок в семье, привыкла бывать одна, и ее характер идеально подходил для работы пилота: она наслаждалась одиночеством в космосе. Подлетая к Земле, она уже разбиралась в пилотировании Звездного крейсера не хуже, чем конструкторы, создавшие этот корабль. За это время Амара очень много узнала и о Тайнане Торне, который убедительно писал, что мир и любовь – естественное состояние человека. Однако его фотографий в книгах не было, равно как и информации о нем. Тем более ей хотелось поскорее встретиться с ним. Приближаясь к Замку Норхэм, Амара тщательно продумала, что скажет Тайнану. Она надеялась, что он окажется таким же обаятельным, каким представлялся в своих работах.
У Замка Норхэм не было площадок для космических кораблей, поэтому Амаре пришлось посадить Звездный крейсер на соседнем поле. Замок находился на вершине холма, возвышающегося над рекой Твид. В сгущающихся сумерках высокие стены и башни средневековой крепости казались довольно мрачными. Замок, восстановленный в начале двадцать первого века, когда‑то был резиденцией короля Эдуарда I и на протяжении своей долгой и славной истории не раз переходил от англичан к шотландцам и обратно. Здесь уже много веков не было сражений, но, даже сейчас Амаре казалось, что на нее направлены заряженные катапульты.
Она открыла люк, ожидая увидеть встречающих, однако прошло пятнадцать минут, но никто так и не явился. Тогда Амара поставила корабль на охрану и пошла по изрытой глубокими бороздами земле. Ее сапожки из золотистой кожи доходили до середины икры и в них земля не попадала, но прогулка не доставила Амаре никакого удовольствия. Дойдя до вымощенной гравием дороги к замку, она снова посмотрела, не вышел ли кто‑нибудь встретить ее. Звездный крейсер летел почти бесшумно, но она сомневалась в том, что его не заметили, ибо полагала, что Тайнан Торн осведомлен о прибытии корабля. Так почему же ее прилет игнорируют?
Желая поскорее отправиться в обратный путь, Амара быстро направилась к высоким деревянным воротам. Бронзовый дверной молоток изображал сокола, летящего за зайцем. Она ухватилась за вытянутое крыло, и когти птицы звякнули по спине зайца.
– Прелестная штучка! – ехидно пробормотала она. Медленно сосчитав до десяти, Амара ударила еще раз, посильнее. Теперь она услышала, как кто‑то спешит к воротам. Когда открылось окошечко в створке ворот, Амара приветливо улыбнулась и назвала себя: – Я – лейтенант Грир, сопровождающая Тайнана Торна.
Однако ее не спешили впустить. Окошко быстро захлопнулось, а ворота никто не отпер.
В Звездном крейсере было, конечно, и альпинистское оборудование, но Амара не предполагала воспользоваться им, чтобы попасть за стены замка. Схватив причудливый дверной молоток, она начала выстукивать сигнал бедствия двадцатого века: три точки, три тире и опять три точки. Амара надеялась, что Хранители узнают его, но ей пришлось повторить его несколько раз, прежде чем окошко снова открылось.
– Добрый вечер, – заговорила она, – я не хотела вас тревожить. Пожалуйста, передайте Тайнану Торну, что прибыла его сопровождающая из Аладо и что нам надо немедленно вылетать.
– Кто вы?
Сумерки мешали Амаре разглядеть лицо говорившего, но в голосе его звучала неприятная подозрительность. Она старалась держаться корректно, повторяя свое звание и имя – но уже начинала злиться на Хранителей. Амара услышала поспешные шаги и, даже никого не видя, поняла, что несколько Хранителей рассматривают ее.
– Я знаю, что вы не принимаете женщин, – заверила она их, – мне и незачем здесь оставаться. Так где же Тайнан Торн?
Прежде чем ворота открылись, за ними послышались приглушенные голоса, затем человек в капюшоне пригласил ее войти. Четыре Хранителя с надвинутыми на лоб капюшонами, почти скрывавшими их лица, долго разглядывали ее. Повинуясь их жесту, она последовала за ними к массивной башне. Дорожка шла через внутренний дворик, и в сгущающейся темноте Амара заметила небольшие здания, примыкающие к стенам.
Наружная лестница вела на второй этаж цитадели. Введя Амару в небольшую прихожую, Хранители указали ей на деревянную скамью и удалились. Она решила, что они отправились за Тайнаном, но долго никто не появлялся, и Амара опять почувствовала раздражение. Наконец потеряв терпение, она встала и пошла к двери, через которую удалились Хранители. Обнаружив, что дверь заперта, Амара, тихо выругавшись, принялась расхаживать по прихожей. Считая прямоугольные каменные плиты, которыми был выложен пол, она ощущала, как уходят одна за другой бесценные минуты. Когда дверь открылась, Амара кинулась вперед, опасаясь, как бы она снова не захлопнулась перед ней.
Вошедший откинул капюшон своего длинного балахона и тепло улыбнулся Амаре. В отличие от молчаливых и угрюмых Хранителей, которые привели ее сюда, незнакомец держался спокойно и дружелюбно.
– Добрый вечер, лейтенант Грир. Я – Грегори Нэш, Главный Хранитель. Мне очень жаль, что вас заставили ждать, но у нас возникла проблема.
Это был привлекательный мужчина лет пятидесяти, с курчавыми седыми волосами и ярко‑голубыми глазами, но его отеческий тон не успокоил Амару. Она насторожилась и гордо выпрямилась, ожидая услышать колкость по адресу пилотов‑женщин.
– Аладо отбирает пилотов очень тщательно. Я – пилот высшей категории, работаю в дипломатическом корпусе, а значит, лучше меня трудно найти. А теперь я хочу забрать Тайнана Торна, и мы вылетим.
Озадаченный поначалу ее горячностью, Грегори быстро сообразил, что допустил ошибку.
– Пожалуйста, извините, если я вас обидел. Проблема не в вас, лейтенант, а в Тайнане. Он часто проводит целые дни в наших садах. Конечно, вы прилетели слишком поздно и не успели их рассмотреть – но они великолепны.
– Не сомневаюсь, но…
Грегори приподнял руку, останавливая Амару.
– Пожалуйста, лейтенант, позвольте мне договорить. Вчера Тайнан пошел в сад, чтобы предаться размышлениям, и, к сожалению, его ужалили пчелы. У многих это проходит быстро и бесследно, но у Торна сильнейшая аллергическая реакция, и сейчас он в постели. Боюсь, он сможет вылететь лишь через несколько дней.
Грегори явно не обманывал, но Амара не могла уступить:
– Мирные переговоры начинаются через десять дней. Может, вам неизвестно, сколько занимает перелет, но мы не попадем на церемонию открытия, если не вылетим в ближайший час.
– Но Тайнан болен!
– Я поняла. Однако ничто не мешает ему выздоравливать на борту Звездного крейсера.
Амара родилась на одном их кораблей Аладо и понимала, что на Земле ее могут презрительно называть звездным ребенком. С ее точки зрения, это было смешным предрассудком: ведь все подобные ей оставались людьми.
– Можно ли мне поговорить с ним? – спросила Амара. – Не думаю, чтобы он рискнул сорвать мирные переговоры из‑за нескольких укусов.
Она старалась не выказывать беспокойства, но Грегори, заметив его, заговорил особенно осторожно:
– Вы – первая женщина, которая шагнула за эти стены. О том, чтобы впустить вас в Цитадель, не может быть и речи. Возвращайтесь к себе на корабль, свяжитесь с Аладо и попросите отложить начало переговоров на неделю. За это время Тайнан поправится и вы спокойно доставите его.
В ожидании появления космических странников, не связанных с Землей, все члены дипломатического корпуса были обучены телепатии, и Амару удивило, что Главный Хранитель столь откровенно пытается воздействовать на нее. Его мягкие приказы должны были внедриться в ее сознание так, чтобы казалось, будто она сама принимает решение.
Амара невольно улыбнулась:
– Вы очень тонко работаете. Не сомневаюсь, Хранители принимают ваши подсказки, но я приучена распознавать любое давление на мои мысли, и на меня оно не действует. Если одна из корпораций попросит об отсрочке, другие воспримут это как попытку обставить их еще до начала переговоров, и война начнется немедленно. Я не хотела бы рисковать – а вы?
Смущенный тем, что Амара так легко распознала его попытку воздействовать на нее, Грегори энергично покачал головой.
– Я думал только о здоровье Тайнана.
– На карту поставлена не только его жизнь.
– Понимаю.
– Мое появление здесь можно объяснить чрезвычайными обстоятельствами. У меня нет желания нарушать ваш распорядок жизни или интересоваться вашими историческими исследованиями, но мне обязательно надо видеть Тайнана. Вы должны поступиться любовью к традициям во имя сохранения мира во всей галактике.
Амара гневно посмотрела на него, и Грегори понял: эта решительная молодая женщина пойдет на что угодно ради выполнения своей миссии. Чем раньше она поговорит с Тайнаном, тем скорее уйдет. Осознав это, он направился к двери, ведущей в глубь Цитадели.
– Чтобы попасть в жилые помещения, нам придется пересечь главный холл. Не могу запретить вам наблюдать, но должен просить вас никогда не рассказывать о том, что вы увидите.
– Обещаю.
Заинтригованная Амара постаралась как можно лучше рассмотреть огромный зал, через который они шли.
Настенные бра давали очень слабый свет, но Амара увидела высокий свод потолка с огромными балками, стрельчатые окна и каменный пол, такой же, как в комнате, где она дожидалась Грегори Нэша. С потолка свисали яркие полотнища флагов, на которых золотой нитью были вышиты драконы. Но кроме них, ничто не оживляло это серое каменное помещение. Амару поразили размеры зала, но ничего особенного она там не заметила. Несомненно, зал реконструировали очень точно, как и весь Замок Норхэм, но если здесь и были какие‑то тайны, их тщательно скрывали.
В дальнем конце зала трое Хранителей накрывали к ужину длинные столы. Они прервали свою работу и удивленно воззрились на Амару. Капюшоны скрывали их лица, но она не сомневалась, что на них написано глубочайшее удивление. Не удержавшись, Амара помахала им рукой. Они быстро отвернулись, смущенные тем, что от нее не ускользнуло их любопытство. Хранители славились своими глубокими исследованиями традиций и почитанием их, но отнюдь не гостеприимством. Амара почувствовала в них такую неприязнь к женщинам, от которой ее пронизала дрожь.
– Здесь всегда так прохладно? – шепотом спросила она у Грегори.
– Увы, да. Наши балахоны – не мода, а необходимость.
Привыкшая к условиям искусственного климата, Амара энергично потерла руки, но пока они шли до лестницы, ее сильно знобило. Узкие крутые ступени, извиваясь, вели вверх. Ей пришлось прибавить шагу, чтобы не отстать от Грегори, быстро шагавшего по длинному коридору. Комната Тайнана оказалась в самом конце. Войдя в нее, Амара поняла, что совершенно забыла все ранее приготовленные слова.
Лицо и руки Тайнана, лежавшего на кровати, были замотаны бинтами. В таком виде он мало походил на ученого философа. Бедняга наверняка был смущен, и Амаре хотелось смягчить неловкость ситуации. Она шагнула вперед, надеясь внушить ему доверие и убедить в необходимости немедленного вылета, но не успела заговорить, как Тайнан схватился за грудь и застонал, не успев даже поздороваться с ней.